«Опыт Горской республики»

Доклад Сары Слай на третьей, Варшавской конференции «Кавказского Союза» 16 марта 2024 года. Тема конференции: «Роль и место Кавказа в новой системе геополитической безопасности»

Лидеры Союза объединённых горцев и Республики Союза горцев Северного Кавказа и Дагестана (то есть Горской республики), получили много критики с 1917 года. Однако, на Северном Кавказе, в начале Революций 1917 года, они были лучше всех готовы к решению проблем, возникающих из-за краха центральной власти в России.

Насколько были подготовлены?

Прежде всего, Северокавказцам было очень трудно организовать какое-либо национальное движение при царской администрации. Тем не менее, несколько смелых духом людей пытались продвигать политические интересы своего народа под видом работы по вопросам культуры и цивилизации. До развала царизма, некоторые северокавказцы также были вовлечены в общекавказскую революционную деятельность и планы освобождения, но эти усилия были плохо организованы, слабы и безуспешны. Тем не менее, они разделяли единое видение. По словам Гайдара Баммата: «Все кавказцы, собравшиеся за рубежом, объединились на основе общности стремлений к независимому Кавказу, политически единому, основанному на принципах конфедерации всех входящих в него наций, без какого-либо различия происхождения и вероисповедания.»

И, таким образом, несмотря на то, что у северокавказцев не было значительной, опытной, местной бюрократии, и других предпосылок для развития успешного национально-освободительного движения при царизме, у них была небольшая, но образованная интеллигенция, хорошо знакомая с современными интеллектуальными тенденциями и глобальными политическими событиями. Среди северокавказцев также были популярные религиозные лидеры, работавшие с интеллигенцией, исторической памятью и чувством общей идентичности.»

Что касается исторической памяти, ради экономии времени, отмечу лишь то, что они знали, что их предки помогали оградить Европу от монголов, и их общества достигли значительного уровня культуры до российского завоевания, а также исторически имели демократическую основу. А что касается идентичности, возможно, лучшую характеристику восприятия ими своей идентичности мы можем найти в цитате Рашида Хан-Капланова, который заявил: «Являются ли горцы народом? На этот вопрос ответит общность исторических судеб. У нас, горцев, есть масса оснований считать себя единой совокупностью национальностей. Мы с самого начала говорили, что горцы желают войти самостоятельной единицей в будущую федеративную республику — два горских съезда достаточно понятно выявили эту свою волю.»

Мне кажется, что в то время, у них было чувство единой северокавказской идентичности,  развитое сильнее чем у людей сегодня, но оно всё ещё было недостаточно сильным, чтобы преодолеть хаос и испытания Революции 1917 года и Гражданской войны.

Так что, я думаю, сегодня все патриотические силы должны интенсивно работать над укреплением в сознании разных аспектов общей идентичности среди населения, создать для этой цели совместную комиссию и использовать все возможные законные и мирные методы, особенно социальные сети, чтобы предварительно подготовить почву для мирного и справедливого разрешения спорных вопросов. Хотя понятно, что не все заинтересованы в политическом союзе, эти шаги всё-таки необходимо сделать в преддверии кризиса в России, чтобы противостоять грядущим испытаниям и не стать жертвой провокаций, направленных на создание ещё большего разделения и новых ран, которые потом уже невозможно будет залечить.

Возвращаясь к теме готовности, в феврале 1917 года, Союз был достаточно подготовлен, чтобы объединить жителей Северного Кавказа в организацию, призванную ответить на вызовы того момента — момента восторга и оптимизма, когда они ожидали, что кризис центральной власти вскоре будет преодолён посредством демократического процесса. Отвечая потребностям времени, Союз был создан как своеобразный оборонительный союз, во форме прото-конфедерации. Его основная функция заключалась в представлении, коллективно и индивидуально, различных наций Северного Кавказа перед другими нациями, их соседями, посредничестве во всех внутренних спорах и подготовке населения к участию в выборах в Учредительное собрание. Итак, Союз не был ни политической партией, ни руководящим административным органом. Он не был и государством, хотя, судя по всему, его организаторы намеренно создали в нём рамки потенциальной демократической республики.

Однако, в течение 1917 года, положение в центральной России ухудшилось настолько быстро, что в сентябре Союз решил подготовить проект автономии, не дожидаясь одобрения Учредительного собрания, а к декабрю просто отказался от идеи Учредительного собрания. Союз провозгласил автономию в форме Временного горского правительства, которое было объединено с Терским казачьим округом во Временное Терско-Дагестанское правительство (ТерДаг). Союз, который представлял собой демократически избранное собрание с избранным центральным комитетом, также изменил свою конституцию, чтобы создать более централизованную, и, соответственно, более эффективную структуру, и предоставить Центральному комитету фактический контроль над оплачиваемыми полицейскими силами и народной милицией.

По моему мнению, хотя в 1917 году ведущие cеверокавказские политические деятели были сравнительно готовы к краху центральной власти в России. Они потеряли несколько решающих месяцев, прежде чем изменить конституцию, чтобы обеспечить достаточную централизацию власти, сделать её эффективной, и ждали почти год, прежде чем провозгласить автономию. Это понятно в данных обстоятельствах, поскольку до начала 1917 года, они были лишены инструментов, необходимых для самоуправления и самообороны, и вынуждены были работать над их приобретением до конца 1917 года.

Но сегодня ситуация совершенно иная, с новыми преимуществами и препятствиями, а также надо учитывать горькое наследие Советского Союза и Российской Федерации. Таким образом, приходится детально сравнивать различия (и сходства) того времени и данного момента, и вырабатывать план действий на случай нового кризиса власти в России.

Различные реалистичные предложения по разнообразным правовым, политическим и экономическим механизмам должны быть разработаны заранее, чтобы люди могли изучать и обсуждать их уже сейчас. Таким образом, когда придет время плебисцита или плебисцитов, будет существовать возможность выбирать программу действий из этих готовых планов. По крайней мере, необходимо разработать механизм решения спорных вопросов, прежде чем эти проблемы взорвутся перед нашими лицами.

Возвращаясь к истории Горской республики, в мае 1918 года, несмотря на все препятствия, и фактически навязанный им выбор, патриотические т. е. не советские) cеверокавказские руководители (провозгласили независимость Республики Объединенных Горцев Северного Кавказа и Дагестана и приступили к поиску международной поддержки для освобождения страны от советской власти и получения международного признания. Поскольку нет времени пошагово описывать исторический путь этой республики, перечисляя в хронологическом порядке все препятствия, с которыми столкнулись её лидеры, я лишь упомяну два основных фактора, внешний и внутренний, которые помешали северокавказцам создать жизнеспособное независимое государство.

Первым фактором была бурная геополитическая ситуация и невежество международного сообщества, которое неразумно поступило с северокавказцами. Говоря коротко, хотя османы помогли cеверокавказцам изгнать советскую власть и восстановить республику в Дагестане в ноябре 1918 года, османы сразу же проиграли Первую мировую войну. Тем временем, немцы уже нарушили все свои обещания. После этого, прямая и некомпетентная настойчивость союзных держав в приоритете поддержки русских шовинистов-централистов над поддержкой северокавказцев, привела к окончательному провалу их собственных геополитических целей в Евразии. Из тех, кого они поддерживали, никто не спас Россию, и родилась Империя Зла. Если бы они поддержали северокавказцев, владевших ключом к Кавказу, возможно, всего этого можно было бы избежать.

Сегодня же, ситуация значительно более апокалиптическая: ядерные угрозы и другие страшные технологические и биологические опасности исходят от России и «Востока». Поэтому, чтобы подобные ошибки не повторились с ещё более худшими последствиями при развитии похожего сценария в будущем, необходимо начать серьезную и согласованную кампанию с целью разработки и продвижения логичных и убедительных аргументов в пользу того, что поддержка дела независимого Северного Кавказа в геополитических интересах Запада. Такая кампания поможет в случае возникновения обстоятельств, при которых такое развитие событий, как уже было в прошлом, станет возможным.

Вторым фактором был собственный внутренний раскол северокавказцев, который мешал им получить поддержку союзных держав. Действительно, именно этот недостаток стал причиной отказа союзников признать Горскую республику. 25 февраля 1920 года лорд Керзон убедил представителей союзников отказаться от признания Горской республики, сказав, что жители Дагестана были «самыми неспокойными в мире» и их «правительство менялось каждые два месяца», поэтому «не было ответственного правительства, которое они могли бы признать». Хотя оценка Керзоном ситуации на Северном Кавказе была довольно высокомерной, и он не учитывал, с достаточной компетентностью, все факты на местах, в его заявлении была доля истины. Северокавказцы действительно были серьёзно ослаблены своим внутренним расколом. Но, хочу подчеркнуть, источником раскола не были этнические, конфессиональные или даже светско-религиозные различия. Нет, это были пророссийские элементы.

Правое крыло северокавказского общества поддерживало единую и неделимую белую Россию, а левое крыло поддерживало единую и неделимую красную Россию. Русские централисты в папахах разных цветов сражались друг с другом за Россию, воюя со своим народом и помогая уничтожить Горскую республику, убивая и выгоняя её патриотов, ради России. В результате, Северный Кавказ был обескровлен и истощен в ходе Гражданской войны и, в конечном итоге, лишился внутренней силы и внешней поддержки, чтобы противостоять поглощению Советским Союзом.

Таким образом, больше нет места ни для каких пророссийских аргументов. И это крайне важно, иметь общий план действий и общее стратегическое видение.

Редактура Виталий Штыбин